0
В общем, спектакль прошел на ура, и море, нет, даже не море, а океан цветов, подаренных позже Аверину и сложенных на сцене, - тому подтверждение. Автографов он не дает и ни с кем не фотографируется, но каждой тетке, которая дарит цветы, разрешает поцеловать себя в щеку и повисеть на шее. Я, собственно, тоже не растерялась, и поцеловала, и повисела
Благо букетик прикупила заранее.
В общем, у нас произошел такой цветочный обмен. И еще я подумала, что как же все-таки приятно посещать такие мероприятия, когда хочется дарить цветы. Именно хочется, а не потому что так надо. В общем, всем, у кого есть возможность, а больше даже желание посетить моноспектакль Максима Аверина, - посетите, не пожалеете. Просто отдохнете душой. К тому же он очень много ездит по стране и бывает во многих городах.
Ниже хочу выложить отрывок из поэмы Давида Самойлова «Цыгановы». Представьте себе актера с присущими ему эмоциями, энергетикой, мимикой и обаянием, читающего этот отрывок, и вы поймете, как ВКУСНО это звучало со сцены:
- Встречай, хозяйка! - крикнул Цыганов.
Пoздравствoвались. Сели.
Стол тесовый,
Покрытый белой скатертью, готов
Был распластаться перед Цыгановой.
В мгновенье ока юный огурец
Из миски глянул, словно лягушонок.
И помидор, покинувший бочонок,
Немедля выпить требовал, подлец.
И яблоко моченое лоснилось
И тоже стать закускою просилось.
Тугим пером вострился лук зеленый.
А рядом царь закуски - груздь соленый
С тарелки беззаветно вопиял
И требовал, чтоб не было отсрочки.
Графин был старомодного литья
И был наполнен желтизной питья,
Настоянного на нежнейшей почке
Смородинной, а также на листочке
И на душистой травке. Он сиял.
При сем ждала прохладная капуста,
И в ней располагался безыскусно
Морковки сладкой розовый торец.
На круглом блюде весело лежали
Ржаного хлеба теплые пласты.
И полотенец свежие холсты
Узором взор и сердце ублажали.
- Хoзяйка, выпей! - крикнул Цыганoв.
Он туговат был на ухо.
Хмельного
Он налил три стакана. Цыганoва
В персты сосуд граненый приняла
И выпила. Тут посреди стола
Вознесся борщ. И был разлит по мискам.
Поверхность благородного борща
Переливалась тяжко, как парча,
Мешая красный отблеск с золотистым.
Картошка плавилась в сковороде.
Вновь желтым самоцветом три стакана
Наполнились. Шипучий квас из жбана
Излился с потным пенистым дымком.
Яичница, как восьмиглазый филин,
Серчала в сале. Стол был изобилен.
А тут - блины! С гречишным же блином
Шутить не стоит! Выпить под него -
Святое дело. Так и порешили.
И повторили вскоре. Не спешили,
Однако время шло. Чтоб подымить,
Окно открыли. Двое пацанов
Соседских с боем бились на кулачки.
По яблоку им кинул Цыганов,
Прицыкнув:- Нате вот и не варначьте! -
Тут наконец хозяйка рядом с мужем
Присела. Байки слушала она
Мужские - кто где ранен, где контужен.
Но снова два соседских пацана
Затеяли возню...
Уже смеркалось.
Тележным осям осень откликалась.
Но в каждом звуке зрела тишина.
Гость чокнулся с хозяйкой: - Будь здорова!
- Будь! - крикнул Цыганов.
А Цыганoва
Печально отвернулась от окна.
